Сатаней-гуаша устроила санопитие.
Сама дочерью Алиджевых.
Сатаней-гуаша была.

Вон там, в отдалении, старый каменный дом с дубовыми полами — место игрищ нартских богатырей, — говорили люди. В старом доме собирались нарты.

Сатаней устроила там сагрисефа, нартские богатыри собирались, все вместе сидели. Их главным пши был Пшидадар, старшим среди них был отец пши Бадыноко, сын старого Альбека.

С самого рождения пши Бадыноко к людям не выходил; и его самого, и его коня в подвале воспитывали. Люди не видели их — только слышали рассказы о том, чему его обучили: конем своим лихо правит, саблей играет. Можно было ему среди людей появиться: и по силе, и по уму стал он настоящим джигитом.

Сын старого Альбека был на санопитии. Мать пши Бадыноко, жена старого Альбека, тревожилась. И сказала она своему сыну:

— Сын мой, твоего отца повели туда, где убивают мужей; мне кажется, срок его возвращения прошел, тревожно мне — и я хочу, чтобы ты об этом знал.

Отец и сын никогда в жизни не видели друг друга, не знали друг друга.

— Скажи, моя мать, каков собою мой отец? — опросил Бадыноко.

— Он больше и старше всех нартов; одетый в широкую белую черкеску, он будет сидеть на почетном месте; его конь — белый в яблоках, с коротким хвостом; там, где привязан его конь, других коней не будет, — ответила сыну мать.

— Ну, раз так, хорошо, — сказал Бадыноко, оседлал своего коня — это был его первый выезд.

Когда сын отправился в путь, мать сказала ему:

— Мой сын, будь осторожен, иначе попадешь в руки колдуньи Сатаней; не доверяй, кому не следует, — прибавила она.

— Не беспокойся, моя мать. Я не рожден, чтобы не умирать — все мы смертные; трус умирает дважды, а у отважного — всего одна смерть. Если я умру от руки равного мне — не хорони меня; если умру, как подобает мужчине, это моя уоридала, — ответил он.

Пустил он коня шагом, одолел один переход и встретил нартского пастуха:

— Тучных стад тебе, пастушок, словно
маленькая улитка.
О нартах расскажи мне хабар,
Иначе выколю тебе глаз!

— Днем я пастух,
Ночью сплю, как убитый, —
Ни одного хабара не знаю.

— Если не знаешь хабаров о нартах,
Зачем стоишь у развилки семи дорог, словно собака, — сказал нарт пши Бадыноко и поехал дальше.

Нарт Бадыноко отправился в путь, а нартский пастушок посмотрел ему вслед и крикнул:

— Эй, белый джигит с желтой рукой,
Ты разъезжаешь бесстрашно!
Мне по душе твой облик.
То, что ты ездишь один, не нравится мне.

Если не сочтешь за сплетни,
Расскажу я тебе хабар:
Сатаней — наша вдова,
Кан-девушек много у нас,
Рог белого сано с кадку у них,
Откормленный вол — их угощение,
Из жирного барана — их шипе,
Все нартские богатыри у них сидят,
Сын Хымыша, богатырь, — у них,
И Сосруко там всегда.
Будешь беспечным — не минуешь беды.

Разгневался нарт пши Бадыноко.
Рванулся его Тхожей —

На шине коня Бадыноко танцует.
Что копыта коня выбивают —
Кружится, словно стаи грачей;
Что из ноздрей коня вылетает —
Опаляет обочины дороги.

Увидела его унаутка Сатаней —
Она стояла на дороге, по которой носят воду.
Бросила барак с водой,
К Сатаней прибежала:

— О, Сатаней-гуаша,
Среди гуашей ты самая прекрасная,
Фасоли собеседница,
И тобою невиданное
И мною невиданное
Чудо объявилось у нас.

— Как выглядит седок и его конь, блудница?

— Седок на спине коня танцует,
Позади него грачиная стая кружится,
Впереди него туман клубится.

— Аллах, аллах, блудница,
То, что позади него кружится —
Это комья из-под копыт коня,
Что впереди стелется —
Пар из ноздрей коня;
Сам он — нарт пши Бадыноко.
Отправился он в поход, давай не упустим его.

Выходит Сатаней и становится на его пути.

Приблизился нартский джигит —
Женщине честь воздает:
Придержав коня, проезжает.

Унаутка ему говорит:

— Нарт пши Бадыноко,
Чьи противники — чинты,
Чьих соперников много,
Кто идет против зла,
Всадник, на котором нет ничего чужого!

Это дом Алиджевых,
Рог белого сано с кадку у нас,
Откормленный вол — угощение у нас,
Мы зарезали жирного валуха,
Наша Сатаней — вдова,
У нас много кан-девушек, будь нашим гостем!

— Пусть утонет мышь в кадке белого сано,
Пусть издохнет откормленный вол,
Пусть волк съест жирного валуха!
Я не из тех, кто шатается по пирам,
Я не завсегдатай лагун!
Я ищу нарта — товарища в ратном деле.

Видя, что он к ней не едет,
Сатаней ему показала упругую грудь.

— То, что ты показала, — место забавы старых нартов, блудница.

Видя, что он не останавливается, она снова его зовет:

— Зайди в гости в старый дом
С дубовыми полами —
Место игрищ нартских богатырей,
Там сидит богатырь — сын Хымыша,
И Сосруко там всегда.
Не миновать тебе там беды, — говорит Сатаней-гуаша.